И они укатили.
Альфред, Эмиль и Ида стояли у окна и глядели вслед саням до тех пор, пока они не скрылись за холмами. Потом Эмиль радостно запрыгал, словно козлик.
– Эх, и заживем мы теперь! – воскликнул он.
Но тут Ида показала своим тонким пальчиком на дорогу.
– Гляньте-ка, Дурень-Юкке идет, – сказала она.
– И верно, – подтвердил Альфред. – Что там еще стряслось?
Все знали, что Юкке запрещено отлучаться из богадельни. У него было неладно с головой, и он не запоминал дороги. Так, во всяком случае, утверждала Командорша.
– Он, того и гляди, заблудится, потом ищисвищи, – говорила она. – А у меня нет времени бегать и искать его.
Но до Каттхульта Юкке добирался благополучно. Вот и теперь он ковылял по дороге, весь высохший и сморщенный, с седыми космами, свисавшими на уши. Вскоре он уже стоял на пороге кухни и всхлипывал.
– Нам не дали ни одного пальта, – прошамкал он. – И ни кусочка колбасы. Старостиха все забрала себе.