-- Казенныхъ квартиръ у насъ никакихъ не имѣется, кромѣ арестантской; но вы, вѣроятно, такой квартиры не пожелаете, ха-ха!..
Кривой постарался хохотомъ смягчить дерзость своего отвѣта, но я заранѣе рѣшился на такія выходки не обращать вниманія, и потому спокойно отвѣтилъ:
-- Нѣтъ, арестантской мнѣ не нужно; а нѣтъ ли тутъ какого-нибудь постоялаго двора, гдѣ бы я могъ оставить вещи, покуда не найду квартиры?
-- Да хотъ у меня на постояломъ,-- лѣниво сказалъ старшина.
-- Благодарю; до скораго свиданія,-- сказалъ я и вышелъ на крыльцо, къ которому была привязана моя лошадь. Я уже собирался садиться на дрожки, какъ услыхалъ позади себя старческій сладенькій голосокъ.
-- Не знаю, какъ васъ назвать, молодой господинъ...
Я обернулся. Это былъ кубическій старичокъ изъ канцеляріи.
-- Меня зовутъ H. М. Что прикажете?
-- Видите ли, таперича мы съ вами въ одной берлогѣ, хе-хе... сидѣть будемъ: я здѣсь тоже помощникомъ вотъ уже пятнадцатый годъ, а передъ тѣмъ, въ 1845 году, поступилъ сюда волостнымъ писаремъ и служилъ девять лѣтъ...
-- Извините, пожалуйста, мы какъ-нибудь на досугѣ поговоримъ,-- перебилъ я его.-- Успѣемъ еще, а теперь мнѣ ѣхать надо; видите,-- лошадь не стоитъ.