Такимъ путемъ и произошла разсортировка судей; послѣдствіемъ этого совѣщанія было, что въ знакомой уже намъ очередной группѣ находились такія разнохарактерныя личности, каковы Пузанкинъ, Черныхъ, Колесовъ и Ягодкинъ, взаимно дополнявшіе или нейтрализовавшіе другъ-друга.
Посмотримъ, однако, что и какъ дѣлается этими судьями на этихъ народныхъ судахъ.
XV.
Типичное засѣданіе волостного суда.
Итакъ, мы усаживаемся за столъ, покрытый зеленымъ сукномъ, судьи сидятъ у стѣны по длинѣ стола, я -- съ боку, за узкимъ концомъ его. Петровичъ мнѣ порадѣлъ, поставилъ единственное имѣющееся у насъ кресло, онъ это дѣлаетъ каждое воскресенье, несмотря на мои протесты: "вы больше ихъ работаете -- пишете, а они только языкомъ болтаютъ; вамъ и отдохнуть надо, а на креслѣ и мягче, и откинуться можно",-- говоритъ онъ; судьи сидятъ на разнокалиберныхъ стульяхъ. Засѣданіе наше носитъ вначалѣ офиціально-торжественный характеръ: судьи сидятъ въ застегнутыхъ на-глухо полушубкахъ, туго перепоясанныхъ праздничными домотканными кушаками, но по мѣрѣ того, какъ въ небольшой комнатѣ, гдѣ мы засѣдаемъ, становится все душнѣе,-- полушубки разстегиваются, позы становятся свободнѣе, на лицахъ сказывается утомленіе, рѣчь принимаетъ болѣе домашній характеръ. Но въ началѣ, какъ я сказалъ, всѣ держатся чопорно, глубоко вздыхаютъ, шепчутся другъ съ другомъ вполголоса, какъ бы боясь нарушить торжественность обстановки; Петровичъ стоитъ у дверей на вытяжку, на диванѣ сидятъ два офиціальныхъ свидѣтеля, при которыхъ читаются постановленія суда, что и отмѣчается въ книгѣ такимъ образомъ: "рѣшеніе это объявлено такого-то числа при свидѣтеляхъ, крестьянахъ такихъ-то". Такъ какъ комнатка наша мала, и къ тому же случается, что публика не ведетъ себя достаточно чинно, то кромѣ этихъ двухъ свидѣтелей присутствовать при допросахъ допускается лишь избраннымъ, изрѣдка приходящимъ "скуки ради" послушать суды: учителю, священникамъ, мѣстнымъ торговцамъ, Ивану Моисеичу и нѣкоторымъ другимъ лицамъ, составляющимъ сливки кочетовскаго общества. Для прочей, "черной" публики двери нашей залы засѣданій растворяются только въ моментъ объявленія рѣшенія суда.
-- Василій Коняхинъ!-- вызываю я по жалобной книгѣ истца по первому, стоящему на очереди, дѣлу.
-- Василій Коняхинъ!-- гремитъ Петровичъ въ полуотворенныя двери, ведущія въ сборню.-- Коняхинъ!
-- Гдѣ Коняхинъ?.. Аль въ трактиръ ушелъ?
-- Здѣся, чего кричишь!..
-- Чего жъ ты не отзываешься, коли тебя зовутъ?-- допекаетъ его нашъ судебный приставъ.