-- Вамъ что?
-- Да вотъ просимъ покорнѣйше нашъ судъ помарать, потому -- мы помирилися...
-- На какихъ условіяхъ?
-- Рублевку съ него беру. Что его обижать, Господь съ нимъ!
Это говоритъ истецъ, сначала оцѣнившій потравленное у него сѣно въ десять рублей и оставшійся сильно не довольнымъ, когда судъ присудилъ ему "по таксѣ", т.-е. по закону, только пять рублей.
Особенно много мировыхъ сдѣлокъ бываетъ по уголовнымъ дѣламъ. Нужно сказать, что въ послѣднее время стали появляться въ судѣ массы жалобъ за "нанесенные побои", за оскорбленія "дѣйствіемъ" и даже "словомъ". Я указывалъ выше на причину этого явленія, кроющуюся въ ослабленіи власти міра и въ сознательномъ устраненіи себя со стороны сельскихъ старостъ отъ вмѣшательства въ такого рода "кляузныя" дѣла. Жалуются въ судъ и мужикъ на десятскаго, за то, что онъ, гоняя его на сходку, "бадигомъ" ударилъ, и десятскій на мужика, что онъ его "сволочью" назвалъ, жена на мужа -- за побои; отецъ на сына -- за непочтеніе; кумъ на кума -- за драку въ пьяномъ видѣ; дѣвка на парня -- за уличеніе ея въ связи съ болѣе счастливымъ соперникомъ, и т. д., и т. д. Но всѣ эти уголовные, въ извѣстномъ смыслѣ, иски можно подраздѣлить на двѣ, рѣзко другъ отъ друга отличающіяся группы: одна будетъ заключать въ себѣ иски родственниковъ къ родственникамъ, живущимъ въ одной семьѣ (отецъ къ сыну, жена къ мужу, золовка къ деверю, и проч.), другая -- всѣ остальные; между тѣмъ какъ первые всегда имѣютъ цѣлью обуздать насиліе посредствомъ уголовнаго возмездія отвѣтчику арестомъ, тѣлеснымъ наказаніемъ,-- вторые составляютъ, въ сущности, лишь удобный случай сорвать съ обидчика болѣе или менѣе приличный кушъ за обиду. Какъ исключеніе, въ одномъ искѣ изъ двадцати случается, что истецъ проситъ не-родственнаго ему отвѣтчика "попужать, чтобъ умнѣе былъ", и не требуетъ за свою "обиду" какой-нибудь ассигнаціи; это случается преимущественно тогда, когда истцомъ является или богатый человѣкъ, не имѣющій нужды зариться на тощій гаманокъ "виновника", или старикъ, или старуха, хоть и не богатые, но считающіе себя, по своему возрасту, достойными уваженія, и по ветхозавѣтнымъ понятіямъ своимъ не понимающіе, какъ можно рублемъ загладить нанесенную ихъ старческому достоинству обиду. Вообще, требованіе денегъ за нанесенную обиду есть явленіе сравнительно новѣйшее, и нѣкоторые старики, съ которыми мнѣ случалось говорить объ этомъ, съ неодобреніемъ относятся къ нонѣшнимъ временамъ, когда сталъ процвѣтать торгъ своей личностью. "Бывало,-- говорятъ они,-- подерутся мужики, извѣстно, пьянымъ долго ли до грѣха?.. Коли ровно подрались,-- протрезвятся и даже не вспомнятъ о дракѣ:, ну, а ежели кто кого ужъ дюже изобидѣлъ, либо старика или старуху затронулъ -- старикамъ пожалуются. Виновникъ и начнетъ въ ноги кланяться обиженному, ну, тотъ и проститъ, а виновникъ на радостяхъ старикамъ за утружденіе четверочку поставитъ. Коли старшаго кто обругаетъ или, Боже упаси, побилъ, такъ это ужъ завсегда поучатъ: бывало, на сходкѣ "горяченькихъ" всыпятъ десятка два или три, а онъ за учобу опять стариковъ водочкой поблагодаритъ... Такъ вотъ и жили безо всякихъ кляузъ, и судовъ этихъ не знали; а теперь, Господи ты Боже мой милостивый! сколько этихъ обидовъ развелось -- и уму непостижимо!.. Пьяные подрались, сичасъ это въ судъ: давай пять цалковыхъ; парень съ дѣвкой пошутилъ -- она въ судъ: давай ей рубль... Ей бы, безстыжей, такой судъ задать, по-старински, чтобъ она туда и дорогу забыла, а вы сидите, слушаете ее, паскуду... Нѣтъ, теперь народъ куда-какъ ослабъ противу прежняго"...
Съ этими поборниками стараго порядка нельзя безусловно согласиться, въ особенности касательно прославленія ими волшебнаго дѣйствія розогъ... Самымъ фактомъ возникновенія жалобъ объ оскорбленіяхъ доказывается лишь развитіе сознанія собственнаго достоинства и проявляющееся сознаніе неприкосновенности личности, какъ таковой. Правда, что въ переживаемый нами періодъ всеобщаго господства рубля и полнаго порабощенія всякихъ другихъ принциповъ -- принципомъ легкой наживы на счетъ другого, какъ единственно доступнымъ неразвитому уму выходомъ изъ бѣдственнаго экономическаго положенія,-- возникшее сознаніе о неприкосновенности личности тотчасъ же подчинилось духу времени и стало источникомъ наживы: но все-таки первый шагъ къ поднятію значенія личности уже сдѣланъ, и если со временемъ будутъ устранены нѣкоторыя пагубныя вліянія на жизненныя условія крестьянства,-- вліянія, придающія отвратительную окраску многимъ сторонамъ народной жизни, то прогрессъ въ указанномъ отношеніи обрисуется совершенно явственно. Какъ-никакъ, но надо признаться, что въ настоящую минуту неприкосновенность личности вошла въ фазисъ оцѣнки ея на рубль, подобно тому, какъ оцѣнивается теперь мірская правда, человѣческая совѣсть, дѣвичья честь...
-- Ты чего, красавица?
-- Окажите защиту, господа судейные! Яшка Шведовъ осрамилъ, опозорилъ меня кругомъ: мнѣ въ люди показаться нельзя!.. Онамеднись, въ воскресенье, при всей улицѣ, зачалъ срамить меня: и потаскуха, и такая-сякая. Чѣмъ это я заслужила такую срамоту?.. А ежели онъ ко мнѣ лѣзъ, а я ему отваливать велѣла, такъ это еще не есть причина срамить меня...
-- Такъ ты о чемъ же просишь?