-- Я уже сказала вамъ, что мнѣ непріятно изображать изъ себя идола, канделябръ или индѣйскую принцессу, непріятно, что на мнѣ надѣто больше брилліантовъ, чѣмъ на какой-нибудь изъ женщинъ здѣсь! Притомъ же я устала и хочу лечь. Вы можете оставаться, если хотите.
Она надѣла плащъ. Джонсъ, стараясь подавить гнѣвъ, закипающій въ его душѣ, взялъ пальто и шляпу и послѣдовалъ за ней.
Но какъ онъ ни возмущался, а все-таки не могъ ничего добиться.
Онъ даже снизошелъ до просьбъ, однако, и это не помогло, и всю дорогу она не проронила ни слова. На другое утро она отправилась къ Бриджитъ, удостовѣрившись, что ея подруга одна. Бриджитъ ходила по комнатѣ, заложивъ руки за спину, и видимо была въ дурномъ настроеніи.
-- Что случилось?-- спросила она.
Ишбель, не спавшая всю ночь и обдумывавшая свое положеніе, совершенно спокойно разсказала ей о томъ нравственномъ переворотѣ, который она переживала.-- Я не думаю, что ты поймешь меня, сказала Ишбель.-- Ты всегда имѣла собственныя средства и не зависѣла даже отъ своего отца. Но навѣрное, будь ты въ моемъ положеніи, ты чувствовала бы такъ же, какъ и я.
-- Нѣтъ, я понимаю,-- возразила Бриджитъ.-- Одинаково унизительно содержать мужа, какъ и быть у него на содержаніи. Первое, пожалуй, еще унизительнѣе, потому что ни традиціи, ни инстинкты не санкціонируютъ этого.
Было что-то недоговоренное въ ея словахъ, и Ишбель тотчасъ же поняла это.-- Ты тоже чѣмъ-то огорчена?-- спросила она.
-- Быть можетъ. Я вообще чувствую какое-то неопредѣленное отвращеніе и недовольство... Пожалуй, это результатъ чтенія книги Нигеля.
-- Я еще не прочла ее, но такъ рада, что она произвела сенсацію въ нашемъ обществѣ. Надѣюсь, что онъ вернется, и его будутъ чествовать здѣсь. Странно только, что онъ избралъ своею темой трущобы.