V.
Изабелла встала, какъ всегда, въ пять часовъ, но вмѣсто того, чтобы сейчасъ же одѣться, она лѣниво стояла у окна и смотрѣла на озеро. Тринадцать часовъ тому назадъ она приняла рѣшеніе, приняла его, какъ ей казалось -- мгновенно, и этотъ мигъ такъ сразу измѣнилъ всю ея жизнь, что у нея кружилась голова. Она сказала Гвинну -- это было, по ея мнѣнію,-- больше, чѣмъ простое признаніе въ любви,-- что она въ состояніи прожить съ нимъ всю жизнь. Безъ сомнѣнія, между ними не обойдется безъ схватокъ, но онъ не обладалъ ни однимъ изъ мелочныхъ, эгоистическихъ недостатковъ, присущихъ ея отцу, дядѣ и Листеру Стону. Онъ былъ истинно гуманенъ и культуренъ, кромѣ того -- молодъ, и она была молода. И все это казалось такимъ удивительнымъ: удивительно чувствовать себя такою счастливою и знать, что она ничѣмъ не поступилась.
И все-таки она была немного грустна; она знала, что, несмотря на свою радость и торжество, Гвиннъ уѣхалъ смутно разочарованный. Онъ обернулся, садясь въ сѣдло, и бросилъ на нее быстрый вопросительный взглядъ. Она разсмѣялась, послала ему привѣтъ рукою и снова ощутила желаніе "тантализировать" его.
Наканунѣ она радовалась, какъ прекрасная язычница, тому,-- что ея пылкой юности выпала на долю пылкая молодая любовь, и тому, что онъ всегда будетъ съ нею. Отъ восторга, что онъ наконецъ у ея ногъ, она готова была плясать, и мучила его, какъ только смѣла.
Это произошло въ среду. Свадьба назначена была на субботу для того, чтобы лэди Викторія, уѣзжавшая въ субботу въ Англію, успѣла благословить ихъ. Тогда, безъ сомнѣнія, Гвиннъ во многомъ поставитъ на своемъ, но покуда она желала насладиться своею властью надъ нимъ, и сознавала, что ни одна женщина не можетъ быть обворожительнѣе, задорнѣе, опаснѣе. Если Гвиннъ пріѣхалъ влюбленнымъ, то уѣхалъ онъ -- готовый цѣловать слѣды ея ногъ. Она на все согласилась: на поспѣшное вѣнчаніе, на выборъ дома по его усмотрѣнію, на то, чтобы провести медовый мѣсяцъ въ Санъ-Франциско въ домѣ на Русскомъ холмѣ. Но она чувствовала, что онъ былъ смутно неудовлетворенъ -- въ лучшихъ потребностяхъ своей души. И она плохо спала, раскаивалась, зная, что онъ тоже плохо спалъ, и боялась, что какъ только онъ пріѣдетъ, она отъ избытка счастія снова начнетъ сводить его съ ума.
Она задумчиво смотрѣла на плоскую вершину Tamalpais, и вдругъ у нея мелькнуло сознаніе, что происходитъ нѣчто странное. Солнце уже взошло, но почему-то стояло низко. Въ эту пору утра небо бываетъ сѣрое, а теперь оно было какого-то призрачно-голубого электрическаго цвѣта. И въ ту же минуту она услышала грохотъ, похожій на пушечный залпъ, прогремѣвшій на все міровое пространство. Онъ пронесся отъ Золотыхъ воротъ черезъ заливъ и озеро и разразился у стѣны подъ окнами. Она ухватилась за подоконникъ, и домъ задрожалъ отъ сильнѣйшаго подземнаго удара, какой ей когда-либо случалось слышать.
Изабелла стояла на колѣняхъ, держась за подоконникъ. Къ счастію, колебаніе земли продолжалось нѣсколько секундъ, но электрическіе огоньки -- такіе же синіе и призрачные, какъ само небо -- играли по озеру и болоту; она видѣла, какъ плоская вершина Tamalpais то поднималась, то опускалась, словно присѣдая въ какой-то безумной пляскѣ.
Изабелла стала одѣваться, думая, что насталъ послѣдній день Калифорніи. Она знала, что бываютъ землетрясенія, которыя длятся часами, даже днями, и рѣшила, что оно только начинается, такъ какъ земля снова заколебалась и сила колебанія увеличивалась съ каждою минутой. Домъ сотрясался, какъ ящикъ съ игральными костями. Ей казалось, что онъ свалится въ озеро. Отъ утеса откалывались громадныя глыбы, но такъ силенъ былъ грохотъ стихіи, трескъ дерева, шумъ паденія кирпичей и даже штукатурки, что казалось, будто онѣ подпрыгиваютъ и низвергаются безшумно.
Еще одно сотрясеніе, отъ котораго домъ содрогнулся до основанія, и вдругъ все сразу кончилось! Изабелла, не вѣря себѣ, встала. Явленія природы вызываютъ обыкновенно у людей два чувства: или ощущеніе дикаго, слѣпого страха, или какого-то страннаго равнодушія и любопытства.
Одинъ изъ неписанныхъ законовъ Калифорніи состоитъ въ томъ, что землетрясеніе -- шутка природы, и надо принимать его легко.