Изабелла осталась одна. Небо казалось такимъ же краснымъ, какъ и бушевавшее внизу, все шире разливавшееся море огня. Кто-то высчиталъ впослѣдствіи, что столбы дыма, поднимавшіеся въ высоту, были длиною въ семь миль. Кое-гдѣ по временамъ вспыхивали голубые огоньки, а когда взрывали гдѣ-нибудь домъ, тучи золотистыхъ искръ напоминали гигантскій фейерверкъ.
Въ бинокль она видѣла людей, распростертыхъ на землѣ, похожихъ на войско послѣ боя.
Она изумлялась тому, что гибель любимаго города не вызываетъ въ ней сожалѣнія. Онъ казался ей живымъ существомъ, получившимъ должное возмездіе за пожранныя имъ сердц а, разбитыя жизни. Удивлялась она и тому, что не тревожится о Гвиннѣ. Быть можетъ, какъ и его мать, она была увѣрена, что онъ не можетъ погибнуть. Она какъ-то не вѣрила въ жизнь безъ него.
Въ два часа она легла и, уходя съ веранды, видѣла, что огонь уже подбирается въ холмамъ.
X.
Утромъ послѣ завтрака Сугихара убралъ въ яму серебро; Изабелла тоже уложила въ мѣшокъ наиболѣе цѣнныя вещи. Японецъ объяснилъ, что взрывы приносятъ мало пользы, такъ какъ взрываютъ не скалы, а только дома. Войско не вмѣшивается, а мэръ -- въ подчиненіи у капиталистовъ.
Изабелла на минуту испугалась, увидѣвъ пламя, всползавшее на холмъ; ей представилось, что оно охватило и восточный склонъ. Небо казалось совсѣмъ чернымъ, и лишь подобный сургучной печати дискъ указывалъ положеніе солнца. Жара была ужасающая, взрывы не превращались, но они не могли заглушить рева пламени и треска падающихъ стѣнъ. Пепелъ сыпался какъ снѣгъ и дымъ разъѣдалъ глаза.
Кварталъ, расположенный у подножія холма и состоявшій главнымъ образомъ изъ большихъ деревянныхъ построекъ, былъ, буквально, сметенъ колоннами огня въ какой-нибудь часъ; затѣмъ пламя перекинулось на склоны, извиваясь какъ живое чудовище, поиграло съ ними, отступило и вдругъ устремилось на Nob-Hill.
Изабелла входила по временамъ въ домъ и погружала лицо въ чашку съ водою, но затѣмъ снова возвращалась къ своему посту. Изъ академіи художествъ выносили вырѣзанныя изъ рамъ картины; солдаты прикладами выгоняли многихъ вѣрныхъ слугъ, не желавшихъ покидать домовъ своихъ господъ.
Дома изящной архитектуры, съ ихъ арками и колоннами въ развалинахъ, смутно напоминали -- въ колоссально увеличенномъ видѣ -- римскій форумъ и Палатинскій холмъ.