Я и говорю: да зачѣмъ же такъ?.. Пусть Дарья ѣдетъ съ Александромъ Петровичемъ, да съ Сашей, а я и пѣшкомъ домой дойду. Я нынче совсѣмъ не устала.
-- Вотъ, говоритъ Александръ Петровичъ,-- и прекрасно; Ариша, и я съ вами пройдусь. Я нынче цѣлый день ѣздилъ, ѣздилъ, хоть теперь ноги поразомну. А ночь-то, поглядите, какая рѣдкостная: звѣздная, да теплая....
-- А какъ же, говоритъ Наталья Дмитревна брату,-- Дарья съ лошадью-то справится, коли ей и Сашу держать надо?
-- Да вѣдь ты же сама своего Саню взять хотѣла? отвѣчаетъ Александръ Петровичъ.
-- Ну, давай его скорѣе! кричитъ отецъ Ларіонъ.-- Нечего лясы-то точить, давно чайку выпить хочется.
Тронулись они. Идемъ и мы. Прошли эдакъ шаговъ сто,-- ничего не говоримъ. Кругомъ тишь такая, словно ни души живой вблизи нѣтъ. Кто домой съ луговъ уѣхалъ, а кто остался ночевать -- тѣ заснули. Время ужь было не раннее. Вышли мы на дорожку: по обѣимъ сторонамъ рожь колосится, пахнетъ таково хорошо. И идемъ мы тутъ,-- точно мы во всемъ мірѣ одни...
-- Что-жь это, заговорилъ вдругъ Александръ Петровичъ,-- я такъ даже вздрогнула,-- этакъ мы до дому съ вами дойдемъ, все въ молчанку играть будемъ!...
-- Зачѣмъ же, говорю,-- можно и поговорить.
-- Ну, о чемъ, спрашиваетъ,-- вамъ разговоръ вести желательно?...
-- Да, говорю,-- о чемъ хотите.