Ловко и быстро, будто заводные игрушки, вскочили солдаты на коней.
Кольке подвели тоже лошадь, поменьше, правда, ростом, чем у всех, но бойкую и красивую. Комиссар подпихнул Кольку, да, впрочем, тот и сам теперь уже не боялся.
— Да, товарищи, — крикнул комиссар, — если какая перепалка — мальчонку берегите.
— Мы его в мешок спрячем, — весело засмеялись красноармейцы.
Засвистели, запели и поскакали из деревни. Колька не отставал, хотя и трудновато было.
Впрочем, по деревне только так весело проскакали, словно на прогулку, а въехали в лес — поехали шагом, потом на круглой лесной поляне совсем остановились с коней слезли, костры развели, стали темноты ждать.
Многие Кольку принимались расспрашивать и о ляхах, и о дороге, и как из плена выбрался.
Чудно было Кольке, что он больше знает, чем эти усатые иные и бородатые мужики.
Когда стемнело— тронулись в путь по узкой лесной дорожке, вытянулись длинной ниткой, а Колька впереди с командиром ехал, всматривался в каждое дерево, в каждый куст.
Теперь ехали без песен и шуток, даже лошади, будто понимая, что опасное дело, ступали осторожно, беззвучно.