А этотъ молодой человѣкъ, который, какъ говоритъ княгиня Тугоуховская,
Хоть сейчасъ въ аптеку въ подмастерьи,
Отъ женщинъ бѣгаетъ и даже отъ меня,
Чиновъ не хочетъ знать: онъ химикъ, онъ ботаникъ,
Князь Федоръ -- мой племянникъ,
Мало того, даже такой человѣкъ какъ Репетпловъ этотъ флюгеръ, на которомъ отражается малѣйшее дуновеніе какого бы свойства оно ни было, и тотъ уже толкуетъ о пропагандѣ, о недовольныхъ, о тайныхъ обществахъ, о броженіи даже въ стѣнахъ англійскаго клуба, гдѣ захотятъ рѣчи
о камерахъ присяжныхъ,
О Байронѣ и о матеріяхъ важныхъ.
Этотъ Репетиловъ, едва увидалъ Чацкаго, уже поклонялся ему какъ новому и сильному человѣку и сталъ обожать его,-- и это обожанье, эта жадность, съ которой онъ на него набрасывается, доказываютъ намъ, что Чацкій лицо свѣжее, лицо имѣющее значеніе въ будущемъ. Потому что, надо отдать имъ эту справедливость, Репетиловы какъ клопы тотчасъ чуютъ свѣжихъ людей и немедленно пристаютъ къ ихъ хвосту.
Наконецъ, мы знаемъ и причины этого новаго движенія: