Баронесса. Вотъ какъ! Такъ вы считаете меня легкомысленнѣе Адели?
Панкратьевъ. Нѣтъ, не легкомысленнѣе, но вы болѣе способны увлекаться! Да! Въ Аделаидѣ Васильевнѣ, несмотря на ея молодость и веселость, есть что-то практическое и проницательное. Это единственная дѣвушка, которой я нѣсколько побаиваюсь и съ которой чувствуешь, что ее не обойдешь.
Адель. Будто? Если это правда, такъ я очень рада: побольше бы такихъ, которыхъ побаивались, а то ужь вы слишкомъ загоняли насъ. Только врядъ ли, чтобы вы-то боялись!
Панкратьевъ. Нѣтъ, я не шучу. Есть въ выраженіи вашего лица что-то простодушно-хитрое, что именно -- опредѣлить трудно. Да нѣтъ ли у васъ карточки? Фотографія лучше всего выдаетъ истинный характеръ.
Адель (посмотрѣвъ на альбомы). Здѣсь нѣтъ.
Людмила. Принеси, пожалуйста, дружокъ: мнѣ хочется повѣрить его проницательность.
Адель (смѣясь). Пожалуй. (Уходитъ.)
ЯВЛЕНІЕ X.
БАРОНЕССА и ПАНКРАТЬЕВЪ.
Баронесса (оглядѣвшись и увидавъ, что Адель ушла). Какъ это неискусно придумалъ ты предлогъ увидаться съ Аделью?