Кондрашовъ. Оборотъ какой дѣлаешь? Км! км!
Баронъ (въ сторону). Вѣдь отлично знаетъ, скотина, что я никакихъ оборотовъ не дѣлаю. (Василію Степановичу.) Да, нужно на время. Скоро получу, такъ отдамъ.
Кондрашовъ. Км! км! Я и не зналъ, что ты въ торговлю пустился. Конечно, въ торговомъ дѣлѣ нужно иногда бываетъ перехватить... Ты чѣмъ же обороты дѣлаешь?
Баронъ (про себя). Да онъ думаетъ, кажется, подшучивать? (Подымая нѣсколько голову.) Нѣтъ, Василій Степановичъ, у меня въ роду купцовъ не было, и я ужь не буду начинать. А если намъ приходится платить долги, такъ долги чести...
Кондрашовъ. Км! км! Ты частенько ихъ платишь; чай, много ужь чести-то накупилъ.
Баранъ. Я въ ней не нуждаюсь. Да это такой товаръ, цѣну котораго не всѣ понимаютъ..
Кондрашовъ. Да! Вотъ мы первые не знаемъ: заплатили мы за честь породниться съ тобой полтораста тысячъ, да дочку красавицу въ приданое дали, а ты все говоришь: мало, да мало, давайте еще. А позвольте узнать: согласно съ долгомъ чести размотать женино приданое?
Баронъ, Ну, ваша дочка въ этомъ дѣлѣ не отстанетъ отъ меня: вы ей своихъ экономическихъ достоинствъ не передали, а если я ей далъ свое имя, такъ она должна подѣлиться хоть деньгами, и я полагаю, что она не въ накладѣ.
Кондрашовъ. Км! Конечно! Подѣлиться надо: у тебя много предковъ и нѣтъ денегъ, у нея предки тоже, конечно, были, да ихъ никто не записывалъ,-- ну, за то кусокъ хлѣба приличный. Только вотъ ты не по ровну моталъ -- ты бы хоть половину ее денегъ, да половину своихъ предковъ -- а то ты все деньги, да деньги: этакъ, братъ, предки-то ужь дорого обходятся.
Баронъ (выразительно)- Когда эти предки идутъ со временъ Балдунна 3-го, такъ господа Кондрашовы не могутъ никогда заплатить достаточно дорого, чтобы войти въ родство съ ними.