-- Неужели вы думаете господа, -- сказалъ онъ,-- что я самъ менѣе васъ сочувствую желанію, которое вы высказываете? Смѣю увѣрить васъ, что не только я, но и лица, выше меня поставленныя, вполнѣ либеральны! Но этимъ людямъ, людямъ администраціи, гораздо виднѣе тѣ препятствія, скажу болѣе -- опасности, которыя мѣшаютъ осуществленію этихъ желаній. Это хорошо либеральничать-то со стороны-съ! А администраторамъ не приходится быть мечтателями-съ! Будьте увѣрены, что все что можно дать, то и дастся постепенно и по мѣрѣ возможности!
-- Совершенная и святая истина, ваше превосходительство!-- сказалъ Зензивѣевъ. преклоняясь и кладя руку на сердце:-- истина, подобную которой -- изволите припомнить, господа,-- я имѣлъ честь развить и предъ собраніемъ, въ нашихъ разговорахъ; и я очень радъ, что ваше превосходительство сдѣлали мнѣ честь подтвердить ее. Нельзя всего вдругъ, господа!-- продолжалъ онъ, обращаясь къ Шестипалову и Камышлинцеву: -- понемножку, понемножку! заключилъ онъ, нѣжно сюсюкая.
-- Да, главное, не вдругъ!-- сказалъ Камышлинцевъ, злобно улыбаясь; онъ былъ не въ духѣ:-- но пока лы будемъ прыгать на одной ногѣ, Европа по чугункѣ, пожалуй, такъ уйдетъ, что мы и не догонимъ ея!
-- Не безпокойтесь, Дмиртій Петровичъ, догонимъ,-- успокоительно сказалъ Зензивѣевъ.-- Русскій народъ нельзя мѣрять обыкновенной мѣркой. Это народъ богатырь! Илья Муромецъ сидѣлъ сиднемъ тридцать лѣтъ...
-- И когда пришлось ему встать,-- сказалъ, вставая, Шестипаловъ,-- такъ онъ, конечно, такъ отсидѣлъ ноги, что не могъ на нихъ и стоять. Это мы и замѣчаемъ! (Онъ протянулъ руку Нобелькнебелю и сталъ съ нимъ прощаться).
-- Ну нѣтъ! легенда не то говоритъ! совсѣмъ не то!-- замѣтилъ, нѣжно смѣясь, Зензивѣевъ и тоже сталъ прощаться, высказывая разныя сладости губернатору.
-- Вы куда, Авксентій Егоровичъ? Не по пути ли намъ?-- спрашивалъ Зензивѣевъ, догоняя Шестипалова.
-- А вы куда?-- спросилъ флегматически Шестипаловъ.
-- Я бы къ Марьѣ Петровнѣ думалъ, -- отвѣчалъ Зензивѣевъ, нѣжно глядя ему въ глаза.
-- Ну, а я въ Москву!-- отвѣчалъ Шестипаловъ, холодно поклонясь ему.