Несмотря на полный костюмъ изъ лѣтней матеріи, который устроенъ былъ такъ артистически -- легко и свободно, что представлялъ, какъ итальянская вилла, всѣ удобства для вентиляціи, несмотря на откинутые воротнички и галстухъ въ видѣ ленточки, повязанный такъ, что не знаешь, зачѣмъ онъ повязанъ, несмотря на то, что все платье Чолокова сидѣло такъ, какъ-будто оно совсѣмъ не сидѣло, Алексѣй Николаевичъ съ удовольствіемъ вошелъ подъ галерею гостинницы и потомъ въ общія комнаты.
Въ небольшой залѣ за большимъ столомъ собралось уже много посѣтителей; на первомъ мѣстѣ, въ видѣ предсѣдателя, сидѣлъ князь Мухрубакаевъ. Надобно замѣтить, что съ нѣкотораго времени между княземъ и Чолоковымъ было маленькое разъединеніе. Жили они порознь, но, сходясь, хотя и сохраняли наружную короткость, но внутренно князь чувствовалъ смутно какую-то непріязнь къ Чолокову, которая выражалась довольно-странно: князю было неловко; онъ чувствовалъ себя связаннымъ въ присутствіи Чолокова и вмѣстѣ подчиненнымъ ему. Чолоковъ ясно видѣлъ и очень-хорошо понималъ причину: князю не нравились отношенія его къ Ольгѣ, а между-тѣмъ онъ, не будучи сначала откровененъ съ Чолоковымъ, не имѣлъ права обвинять его. Чолоковъ, съ своей стороны, напротивъ, былъ очень-милъ и спокоенъ съ княземъ, и повидимому дѣйствовалъ совершенно-чисто въ-отношеніи къ нему, хотя сознавалъ легко выгоды своего положенія, отдавалъ должную справедливость макіавелизму своей тактики и язвительно въ глубинѣ души подсмѣивался надъ княземъ.
Князь былъ обставленъ бутылками и апетитно ѣлъ. Увидя Чолокова, онъ торопливо поздоровался съ нимъ и еще глубже сосредоточился на обѣдѣ.
На другомъ концѣ стола сидѣлъ одинъ изъ мелкихъ кавказскихъ львовъ, по фамиліи Терепентѣевъ, который, пристрастившись къ черкесскому костюму, дошелъ по этой части до нѣкотораго рода дендизма: носилъ черкеску верблюжьяго сукна красноватаго отлива, очень-живописную на смугломъ джигитѣ, а не въ гостиной на худенькомъ блондинѣ; ходилъ постоянно въ чевякахъ, которыя, за неимѣніемъ подошвы, ловки для стремени, но нестерпимы на камняхъ, и даже въ лѣтній зной держалъ голову въ папахѣ, несмотря на то, что она не обладаетъ азіатскимъ преимуществомъ быть выбритой, какъ нашъ подбородокъ.
Впрочемъ, Терепентѣевъ былъ добрый малый, но не безъ тонкости, что и любилъ при случаѣ выказать; имѣлъ вѣжливыя и деликатныя манеры, зло ухаживалъ за барынями средней руки и пользовался репутаціей маленькаго Ловласа. Онъ встрѣчался съ Чолоковымъ въ Пятигорскѣ и, замѣтивъ, что это человѣкъ порядочный и, по его выраженію, носу не вздергиваетъ, питалъ къ нему расположеніе и даже съ своей стороны заискивалъ.
Чолоковъ былъ встрѣченъ восклицаніями, доказывавшими нѣкоторое къ нему расположеніе общества.
-- Алексѣй Николаичъ! А, Алексѣй Николаичъ! Вотъ и Алексѣй Николаичъ! послышалось съ разныхъ сторонъ.
-- Здравствуйте, Алексѣй Николаичъ, сказалъ въ свою очередь вкрадчивымъ голосомъ Терепентѣевъ, привставъ и протягивая Чолокову руку.
-- А мсьё Терепентѣевъ! воскликнулъ въ свою очередь Чолоковъ.-- Вы къ намъ въ гости?
-- Нѣтъ, не совсѣмъ! Возьму здѣсь маленькій курсъ водъ. Садитесь-ка сюда.