— Этого-то не случится.
— Почему вы так уверены?
— Потому что вы, граф, с свойственным вам дипломатическим тактом, через посредство вашей досточтимой невесты и принцессы, окажете на нее надлежащее нравственное давление.
— Это уже чересчур! На это не рассчитывайте.
— Тогда наша сделка, к сожалению, не состоится.
— Herrgottsdonnerwetter![25] Да ведь надо же мне чем-нибудь оправдать такое вмешательство мое в судьбу этой девицы?
— Оправдание у вас будет для женщин самое убедительное — неукротимая ревность.
— Ревность? К кому?
— А ко мне. До слуха вашего, изволите видеть, дошло, что еще не так давно ваш покорный слуга состоял в числе многочисленных поклонников баронессы Юлианы и пользовался у нее предпочтительным фавором…
— Это правда?