Окончив молитву, она взяла крест и вышла опять к ожидавшим ее гренадерам.
— Поклянитесь мне, дети мои, на сем кресте, что будете служить мне верой и правдой.
Те поочередно приложились ко кресту, повторяя один за другим:
— Клянусь!
— Когда Бог явит Свою милость нам и всей России, я не забуду вашей верности, — сказала Елизавета. — А теперь ступайте и соберите роту во всей готовности и тихости, чтобы не было алярма. Сама я немешкотно за вами приеду.
Самсонов был немало удивлен, когда тем же вечером Разумовский, возвратясь домой от цесаревны, вызвал его к себе и велел ему ровно в полночь быть у Воронцова.
— Письмо отнести? — спросил он.
— Нет. Там Михайло Илларионович на месте тебе уже скажет, какая в тебе треба.
С последним боем полуночного часа Самсонов входил к Воронцову.
— Ну, Григорий, твой час настал, — объявил ему Воронцов. — Ты вздыхал ведь все по воле…