Второй братъ, Амосъ, которому было уже 15 лѣтъ, заразился отъ школьнаго товарища корью, и эта дѣтская болѣзнь, сама по себѣ вообще не опасная, свела его также въ могилу.
Старшій братъ, двадцатилѣтній Петръ, всегда отличавшійся легкомысліемъ, все болѣе сбивался съ пути: находясь уже на гражданской службѣ, онъ къ своимъ служебнымъ обязанностямъ относился очень небрежно; цѣлыя ночи напролетъ проводилъ за карточнымъ столомъ и для уплаты крупнаго карточнаго долга самовольно взялъ деньги даже изъ казеннаго сундука. Отецъ не замедлилъ пополнить растрату. Но сынъ не унимался и отцу то и дѣло приходилось платить по представляемымъ отъ его имени счетамъ. Въ довершеніе всего, юноша обвѣнчался съ дочерью какого-то унтеръ-офицера, и родители узнали о томъ только тогда, когда молодые пріѣхали изъ-подъ вѣнца.
Всѣхъ ближе принимала все это къ сердцу бѣдная мать. Глаза ея не высыхали отъ слезъ, и, прежде такая цвѣтущая здоровьемъ, она въ одинъ годъ отцвѣла, состарѣлась на десять лѣтъ. Когда же двое ея младшихъ дѣтей, Анна и Коля, старались ее утѣшить, она еще горче заливалась слезами:
-- Лишь бы васъ-то, мои милые, Господь сохранили На васъ, меньшихъ, теперь вся наша надежда.
-- Слышишь, Коля?-- говорила тогда Анна.-- Въ хозяйствѣ я помогаю маменькѣ, насколько у меня есть силъ и умѣнья. А ужъ ты, голубчикъ, смотри, учись, чтобы стать опорой семьи.
Такой опорой былъ до тѣхъ поръ отецъ. Но чаша испытаній ихъ еще не исполнилась. Состоя казначеемъ въ казеиномъ провіантскомъ депо, старикъ Пироговъ получилъ ордеръ на выдачу 30-ти тысячъ рублей одному комиссіонеру, командированному на Кавказъ. Деньги онъ выдалъ, но упустилъ при этомъ какую-то формальность. Комиссіонеръ же не довезъ денегъ по назначенію, а по пути безслѣдно скрылся. Съ кого было вернуть казенное добро? Стали провѣрять документы, усмотрѣли промахъ казначея; ну, стало-быть, онъ и отвѣтственъ въ пропажѣ! Суду его не предали (злого умысла у него, очевидно, не было); но ему велѣли подать въ отставку а домъ его съ мебелью и лошадьми описали и продали съ публичныхъ торговъ. Съ послѣднимъ скарбомъ, не вошедшимъ въ опись, пришлось перебраться на маленькую частную квартирку.
-- Ну, Коля,-- объявилъ отецъ младшему сыну:-- ты видишь, каково теперь мое положеніе. Съ голоду мы не помремъ: я займусь частными дѣлами. Но платить за твой пансіонъ у Кряжева мнѣ ужъ не по силамъ.
Коля повѣсилъ носъ.
-- Я это очень хорошо понимаю, папенька,-- сказалъ онъ.-- Но безъ образованія что изъ меня выйдетъ -- простой ремесленникъ? А я учился такъ охотно...
-- То-то и горе! Изъ тебя, навѣрное, вышелъ бы незаурядный человѣкъ.