Правитель, молитвенно сложив руки, взор свой на него умильно, как на некоего оракула, возвел. И сердце Дмитрия Кириллыча не устояло.

-- Мамонов, сколько слышно, тоже не формалист, -- говорит, -- и ошибку, надо думать, в фальшь не поставит.

Правитель просиял и готов был, кажется, его расцеловать.

-- Так вы, г-н Пруденский, значит, удовольствуетесь этим видом? Как я вам признателен!

И обеими руками так крепко мне руку стиснул, что пальцы у меня хрустнули; на прощанье прибавил:

-- Позвольте дать вам добрый совет: никогда не умничайте перед начальством, а прикидывайтесь дурачком, чтобы оно могло наставлять вас и сознавать свое превосходство.

-- Примем к сведению и намотаем себе на ус, -- сказал Сагайдачный и закрутил свой усик -- мышиный хвост. -- Держи язык за зубами, да ешь пирог с грибами.

Но Шмелев отнесся к "доброму совету" иначе. Когда мы вышли на улицу, он заметил:

-- Недоумкам, как этот правитель, вернее всего, конечно, молчать. Человек же с умом и тактом, если знает что-нибудь лучше начальника, сумеет всегда переубедить его, не задевая его самолюбия.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ