Глава четвертая. Исповедь помпейца
Помпеец, действительно, проснулся. Глаза его с недоумением блуждали по комнате с предмета на предмет. Он, очевидно, не мог уяснить себе, куда это занесло его. Еще более озадачен казался он при виде входящего хозяина, одетого не в древнеримскую тогу, а в современный костюм: пиджак да брюки. По простая вежливость гостя в чужом доме не позволяла уже ему обнаруживать свое удивление по поводу этого уморительного кургузого наряда. С благодарной улыбкой он протянул профессору свою исхудалую руку.
-- Прости, что я не встаю: один я не в состоянии еще приподняться. Ведь ты, конечно, спаситель мой?
-- Мне, точно, выпало счастье возвратить тебя к жизни, -- отвечал Скарамуцциа, осторожно пожимая поданную ему руку.
-- Да благословят же тебя всемогущие боги! Дозволь мне теперь первым долгом возблагодарить святых пенатов приютившего меня крова.
По строгим губам ученого, не знавшим настоящего смеха, проскользнуло подобие усмешки.
-- К сожалению, это неисполнимо, -- сказал он, -- пенатов у меня в доме нет.
-- Да, в самом деле, -- догадался помпеец: -- ты, должно быть, чужеземец, судя по твоему странному одеянию.
-- Нет, я итальянец, римлянин, как и ты.
-- И у тебя нет пенатов?