-- Так вели ему, по крайней мере, пустить мне кровь, -- сказал он.
-- Бог с тобой! Крови в тебе и так-то слишком мало.
-- Но в мое время кровопускание считалось одним из лучших кровоочистительных средств...
-- Современная медицина изверилась в этом средстве, от которого больше вреда, чем пользы.
Помпеец не возражал, но, видимо, не совсем убедился в непогрешимости новейшей медицины.
Ну, что ж, идем, -- сказал он, драпируясь в свой плащ. -- А утро-то какое!
Утро, в самом деле, было восхитительное апрельское. Еще спускаясь с лестницы, Марк-Июний с упоением вдыхал в себя свежее дуновение ветра с залива. Но не успели они еще выбраться на улицу, как на нижней площадке заступил им дорогу репортер "Трибуны" Баланцони.
-- Lupus in fabula (Что волк в басне)! Наконец-то я поймал вас с поличным, signore direttore! И хоть бы цидулочкой, по обещанию, предупредили!
Скарамуцциа, озадаченный и смущенный, стал оправдываться тем, что наблюдения его не окончены и не подлежать еще огласке.
-- Пустяки, пустяки! -- перебил его Баланцони. -- Раз вы с ним появляетесь на улице, он делается уже общим достоянием.