Услышав чужой голос и незнакомую речь, помпеец повел кругом непрояснившимися еще глазами и остановил их на хозяине.
-- Где я, и что со мною?
Скарамуцциа, как человек ученый, знал, разумеется, по-латыни, и объяснялся даже довольно свободно на этом языке.
-- Ты в Неаполе и у добрых друзей. -- отвечал он. -- Ты помнишь вероятно, что дал когда-то закопал себя?
-- А! правда. И я теперь ожил?
-- Ожил -- после довольно долгого сна.
-- А именно?
Скарамуцциа опасался испугать едва ожившего и уклонился от прямого ответа.
-- Как раз вовремя, чтобы дать мне познакомиться с тобою, -- сказал он. -- Не забывай, что ты пациент. Первым делом надо тебе подкрепиться. Эй, Антонио! Скоро ли?
-- Несу, синьор, несу.