- Как? Так уже?.. А жена что?
- В отличном здоровье - и она, и мальчик. Вам нельзя еще видеть ее, но вы можете заходить справляться. Вечером, быть может, я пущу вас и к ней.
С сияющими глазами, с жаром пожимал Ластов руку любезной вестницы.
- Вы, сударыня, превосходнейшая женщина!
- А у вас, сударь, превосходнейшие мускулы, - улыбнулась она в ответ. - Совсем измяли мою бедную руку.
- Виноват! Я с радости.
- Верю, верю. Но пора мне к больной.
В каком-то дивном чаду спустился Ластов на улицу. Он не замечал под собою земли, ноги его выделывали невиданные пируэты, руки болтались по воздуху, не зная, куда деться от удовольствия.
"Она здорова и сынок здоров!" - повторял он про себя. Все блаженство земное заключалось для него в этих словах.
Вечером того же дня бабушка ввела его в спальню, затемненную зелеными шторами. С широкой постели, из-под штофного балдахина, глядела к нему его жёночка, его Машенька; она была очень бледна и похудела, казалось, за эти несколько часов, в течение которых он ее не видел; но молодое личико ее дышало ангельскою кротостью и безмятежностью, на устах ее светилась улыбка полного счастья.