-- Кто дерзнул осквернить святыню, тот недостоин дочери богов! -- сказал Гелг.
-- Отвечай мне: виделся ты с Ингеборгой в храме Бальдера, или нет?
-- Скажи, что "Нет!" -- подхватила толпа, -- и мы тебе на слово поверим.
-- От одного моего слова зависит теперь мое счастье, -- сказал Фритиоф, -- но мне не нужно счастья, купленного низким обманом. Да, я виделся с сестрой твоей в храме, но мира богов этим не нарушил.
Он не докончил. Ропот ужаса пробежал по толпе; все отхлынули от него, как от лютой заразы. Никто уже ни слова не проронил за него: закоренелое суеверие сковало все уста.
-- По законам предков я мог бы сейчас казнить тебя смертью или осудить на вечное изгнание, -- заговорил опять Гелг, -- но я буду милосерд. На дальнем западе есть острова [Острова Оркнейские или Оркадские] -- владенье ярла Ангантира. При жизни Бела, ярл исправно платил нам дань, но теперь перестал. Плыви же к нему и истребуй дань. Этим ты, может быть, еще загладишь свою вину.
И Фритиоф покорился. Простившись с Ингеборгой и оставив ей на память драгоценное отцовское запястье, он собрал дружину и пустился в море.
Коварному же Гелгу не довольно было удалить своего ненавистника: он хотел в конец погубить его. Зная, как жрец, все тайные заклинания, он взволновал море, нагнал стужу с градом и снегом и вызвал из глубины морской страшных чудовищ. Но, благодаря опытности в морском деле и бесстрашию Фритиофа, Эллида его устояла против враждебных стихий, хотя и лишилась парусов и руля.
VII. Фритиоф у Ангантира
