— М-r Змеин! Вы, как я вижу, изволите смеяться надо мною. Это может обойтись вам дорого.
— Ой-ой, не замайте! — зевнул Змеин, поднимаясь с дивана. — Я не знал, что вы так кровожадны. Сию секунду несусь на крыльях мести. Позволите ли вы мне хоть одеться?
— Оденьтесь, — угрюмо проворчал правовед, отходя к окну.
— Где бы найти его? — говорил, облачаясь, Змеин.
— Он, кажется, отправился по аллее с тетрадью под мышкой.
— А, да — с альбомом. Хотел срисовать Интерлакен с того берега Аар. Ну-с, скажите-ка на прощанье: не жаль вам посягать на жизнь юноши во цвете лет, подающего великие надежды, которого сами вы еще так недавно считали своим лучшим приятелем?
— Увольте, пожалуйста, от ваших нравоучительных сентенций, гп-г Змеин. Вы, надеюсь, взялись серьезно исполнить мою просьбу?
— Еще бы. Нарочно надел башмаки, сюртук…
— Так до свиданья. Теперь три четверти четвертого, — прибавил он, справляясь с часами. — Ровно через час, в три четверти пятого, я захожу опять сюда.
— Можете. Для вящего удостоверения преступника в серьезности ваших намерений, не дадите ли вы мне с собою перчатки?