-- Почему вы, ясновельможный пане, называете меня все князем? -- заметил Курбский, тщетно стараясь скрыть свое смущение. -- Я -- простой гайдук...
-- Да, вы были гайдуком, но, как феникс из пепла, восстали теперь князем Курбским.
-- Вы ошибаетесь, уверяю вас... Кто сказал вам?.. Верно, этот Юшка?
-- Да, он.
-- Так это неправда, это ложь.
-- Ложь? Но и сам царевич ваш считает вас теперь князем.
-- Мне очень жаль, право, что этот Юшка ввел в обман и царевича, и всех вас, пане, но прошу вас считать меня тем, чем я был доселе...
-- Гайдуком? -- недоверчиво промолвил пан Бучинский. -- Впрочем, увидим, что скажет его царское величество. Покамест же позвольте от всей души поздравить вас с воскрешением из мертвых! Ведь, знаете ли, что вы пролежали в земле мертвец мертвецом ни более, ни менее как трое суток, и без некоей панны Биркиной никогда бы не увидали уже света Божьего.
Бледные щеки молодого князя заалелись.
-- Как так?