-- А много ли требует за него этот еврей?
-- Да сто дукатов, слышно.
-- Ну, таких денег у меня и в заводе нет!
-- Может статься, он сделает скидку.
В это самое время к Курбскому вошел прислужник с докладом, что пан Тарло желал бы его видеть.
-- Пан Тарло? -- удивился Курбский и нахмурился. -- Скажи, что я еще болен и никак не могу его принять.
Но, едва только слуга вышел исполнить приказание, как в горницу, без дальнейшего уже доклада, ворвался сам пан Тарло.
-- Сидите, князь, сидите! -- крикнул он еще от дверей и с каким-то насильственным прямодушием протянул Курбскому руку. -- Вам ходить, я знаю, еще трудно. А вы, Балцер, извольте-ка оставить нас одних.
Шут нехотя повиновался. Курбский, не принимая протянутой руки, холодно заметил:
-- Не понимаю, пане, что вам еще угодно от меня.