-- И чего он ползет-то еще сюда? -- заметил один из дежурных слуг, чернявый, востроглазый малый.
-- На то маршал, -- отозвался, зевая, другой.
-- Маршал! Вона где наш маршал, -- сказал первый, кивая на окошко в "городне", откуда только что выглянула на минутку голова молодого княжеского секретаря, пана Бучинского: всем у нас верховодит.
-- Ты, Юшка, держал бы язык за зубами.
-- Да нешто не правда? Он вот и теперь-то за делом -- бумажки строчит, а нет-нет да и выглянет: все видит, все подметит, а хошь бы раз облаял -- мягко стелет и мягко спать. А тот что? Хошь бы палец о палец ударил: "Раздень меня, разуй меня, уложи меня, накрой меня, переверни меня, перекрести меня, а там, поди, усну и сам".
-- Видно, ты, братику, давно на конюшне не бывал?
-- Головы не снимут!
-- А спины не жалко?
-- Душа Божья, голова царская, спина барская, -- с беззаботною удалью отозвался Юшка. -- А нонече и на нашей улице будет праздник!
-- Что так?