Юшка жадно принял деньги, шумно пал ниц перед дарителем и припал губами к его сапогу.
-- Кормилец ты наш!
Царевич отдернул ногу и отступил на шаг.
-- Ты совсем никак ополячился, -- промолвил он, -- падаешь до ног, хоть сам и русский?
-- Чье кушаю, того и слушаю, надежа-государь, -- бойко отвечал шустрый малый, поспешно опять приподнимаясь с полу.
-- Но чего ты сейчас вот тулялся тут за углом?
-- Да как же, родимый, не туляться, коли меч над головой?
-- Так другим, стало, за тебя досталось?
-- Не то чтобы: не мое нынче дело то было за двором смотреть.
-- Но ты, сам, поди, арбузную корку подбросил? Юшка самодовольно усмехнулся, обнажая снова свои красные десна и острые хищные зубы.