-- Кажется, во всемъ.
-- Ну, вотъ видишь. Легче теперь?
-- Кажется, легче.
-- Ну, вотъ видишь! Говорилъ я, что мы тебя облегчимъ... И облегчимъ!
-- Конечно, облегчимъ, -- серьезно и строго подтвердилъ Вострозубовъ.
-- Камень съ души снимемъ, -- пообѣщалъ Полянскій.
-- Всѣ камни снимемъ! Камня на камнѣ отъ твоихъ грѣховъ не останется.
-- Я пойду домой, родные, -- попросился раскисшій Мохнатыхъ. -- Спаточки мнѣ хочется.
-- Иди, дѣтка. Иди. Богъ съ тобой. Если еще будутъ какіе грѣхи -- ты намъ говори. Мы облегчимъ...
И умягченный, обласканный, облегченный, пошелъ Мохнатыхъ домой, съ тихой нѣжностью прислушиваясь къ веселому, радостному звону пасхальныхъ колоколовъ.