-- Ты меня поражаешь! Въ чемъ же разгадка твоего такого страшнаго обаянія, такого жуткаго успѣха у женщинъ?
-- Отчасти, наружность, -- задумчиво прошепталъ онъ, поглаживая себя по впалой груди и похлопывая по острымъ колѣнямъ. -- Ну, лицо, конечно, взглядъ.
-- У тебя синее лицо, -- замѣтилъ я съ оттѣнкомъ почтительнаго удивленія.
-- Да. Брюнетъ. Частое бритье. Иногда это даже надоѣдаетъ.
-- Бритье?
-- Женщины.
-- Воздуходуевъ!.. Ну, не надо губить мою жену, ну, пожалуйста.
-- Тссс! Не будемъ говорить объ этомъ. Мнѣ самому тяжело. Постой, я принесу изъ столовой другую бутылку. Эта суха, какъ блескъ моихъ глазъ.
Слѣдующую бутылку пили молча. Я думалъ о своемъ непривѣтливомъ суровомъ будущемъ, о своей любимой женѣ, которую долженъ потерять, -- и тоска щемила мое сердце.
Воздуходуевъ, не произнося ни слова, только поглядывалъ на меня да потиралъ свой синій жесткій подбородокъ.