Все мельчает, все сокращается.
Возьмем даже убийц из союза русского народа. Десять лет тому назад -- что это были за убийцы! Все пркрасный, матерый, опытный народ -- цветы острога, сливки каторги! Великолепные "Иваны".
И какая теперь мелкота, какая "шпанка" полезла изо всех щелей.
Например, прежние годы: убийство Герценштейна, Иоллоса... [Михаил Яковлевич Герценштейн (1859-1906), экономист, профессор Московского сельскохозяйственного института, теоретик партии кадетов по аграрному вопросу, депутат I Государственной думы, убит черносотенцами. Григорий Борисович Иоллос (1859-1907), редактор газеты "Русские ведомости", член партии кадетов, депутат I Государственной думы, убит черносотенцами.] Убийцы были отобраны на диво -- хладнокровные, опытные, молчаливые и деловитые.
Их можно было не любить, но уважения они заслуживали. Любая каторга пожертвовала бы десятком мелких детоубийц, поджигателей и фальшивомонетчиков, чтобы только получить для украшения своего -- одного такого "Ивана"...
Великолепный народ. Приятный. Такой народ, который мог растрогать до слез не только живого человека, но и бездушный предмет, веревку, например. Даже веревка плакала по таком хорошем народе.
И посмотрите -- во что этот народ выродился теперь!
Поручили человеку, скажем, убить Милюкова. Дело есть дело, говорят французы, а мы, русские, добавляем: делу время -- потехе час.
И что же! Потехе отдается не час, а все время.
Начинается с того, что убийца, какой-то С. Прохожий -- берет за убийство всего 300 рублей.