Казанцев. Все ли? -- А страховое общество?
Талдыкин. Да ведь это крокодилы! Какое нам дело до них. Форменные акулы!! Они, говорят, наживают миллионы. Их ли жалеть? Ну представьте себе, что вас через месяца 3 переехал бы трамвай -- не все ли равно?! Лишь бы ихний доктор нашел вас подходящим для страховки! А остальное предоставьте мне! (Оживленно.) Ну, идет? По рукам? Да не делайте такого похоронного лица! Что изменится? Ничего, кроме того, что ваша матушка будет обеспечена...
Казанцев (вяло). Но уверяю вас, что доктор, если он не слепой -- забракует меня.
Талдыкин. Ну, ладно! Забракует, значит сделка расстроилась... А если не забракует? Ведь вам же риску нет... забракует -- идите с Богом! Примет -- мамаша, получайте за сынка целую кучу бумажек. Вы хоть бы старушку пожалели. Хе-хе! Старучка, как говорится.
Казанцев (брезгливо). Нет... не надо... Позвольте мне уйти... Эти разговоры, это мотание по страховым обществам... И, примите же во внимание... Что я... хотя и странный человек... но все же таки человек!..
Талдыкин. Голубчик мой! Дружище мой замечательный! Разве же я не понимаю? Вхожу!.. Скорблю! Сочувствую! Но ведь это же дело! Согласитесь сами, что это не какие-нибудь там паршивые лампочки или книги! Ведь это все равно, что пшеницу посеял: нынче посеял зерно -- другими словами -- получил себе страховой полис и отдыхай! Гуляй три месяца. Даже лучше пшеницы: ни дождь не подмочит, ни град не пробьет. И никуда вам не нужно таскаться. Ни в какое общество. Хотите я сейчас вызову сюда же и этого пройдоху -- Глыбовича и доктора ихнего... У меня и телефон их есть... (Ласково, вкрадчиво.) Ну соглашайтесь, голубчик, ну соглашайтесь, дусенька, хорошо, а? Ведь вам все равно, а "старучке" вашей хорошо будет. Ну и я, конечно, заработаю на этом деле, как пайщик. И капитала вам не нужно, капитал мой! (почти в экстазе) ну, ладно? Да соглашайтесь же! Ну хотите, я на колени стану, ручки ваши поцелую, в ножки поклонюсь... (Делает вид, что хочет стать на колени.)
Казанцев (останавливает его устало, с оттенком брезгливости). Не надо, с ума вы сошли?.. Делайте, что хотите, только оставьте меня в покое. Все равно уж! Господи, как я устал. (Опускает голову на сложенные на столе руки.)
Талдыкин (ласково суетится около него). Ну, вот -- устали и отдохните, голубчик -- тут вам никто не помешает... Вот нате вам подушечку под голову... Вот тут вода... (берет диванную подушечку, графин с водой, переносит к столу подушку, несмотря на сопротивление, нежно подсовывает Казанцеву под голову.) Отдыхайте, с Богом, а я пока побегу по всем телефонам трезвонить. Охо-хо... Дела, дела! (С неожиданным энтузиазмом.) Ведь это же замечательно!
Талдыкин на цыпочках уходит в кабинет налево. На сцене несколько секунд, кроме Казанцева, никого. Потом открывается правая дверь, входит Зоя.
Зоя (подходит к столу, с удивлением смотрит на Казанцева, руки и голова которого покоятся на диванной подушке весело смеется.) Спите? Послушайте! Это гостиная. Спальня там.