-- Как, и ты к ней лапы протягиваешь? Так вот же тебе за это: разбиваю стулом буфет и выливаю суп в рояль!!
-- Позвольте, господа, -- стонет хозяин, бегая за разбушевавшимися гостями. -- Зачем же вы обстановку портите?
-- Не допущу я, чтобы он рояль супом поливал. Если он так, -- так я этим подсвечником продырявливаю картину... Хлоп!
-- Ты картины портишь? А я за это на ковер керосин пролью и подожгу!
-- Не смеешь! Если ты это сделаешь, граммофон в окно выброшу и вымажу вареньем диван!
-- Господа, ради Бога...
Но увлеченные распрей гости уже не слышат стонов и уверений хозяина...
Все трещит, падает, лопается и разбивается... Уставший, охрипший хозяин уже сидит в уголке на поломанных стенных часах и молча наблюдает за состязанием гостей...
Вот что переживала Турция в эти годы.
Султаном тогда был Абдул-Азис, который ничем особенным не отличался, кроме коварства и жестокости. К концу своей жизни он сделал одно важное для себя открытие: открыл ножницами вены на своей руке.