В обед получилась телеграмма:
"Встречайте сегодня семичасовым. Сожалею, сама быть не могу; его привезет няня. Если ночью будет спать неспокойно, ничего -- это от зубов. Ваша Завидонская".
Прочтя телеграмму, я свистнул.
-- Э, черт возьми... Что это значит -- от зубов? Если у этого парня прорезываются зубы, хороши мы будем. Он проорет целую ночь. Экая жалость, что мы не указали желаемого нам возраста. Я думал -- мальчишка 8--10 лет, но если это годовалый младенец... благодарю покорно-с!
-- Вот видишь! -- с упреком сказала жена. -- А ты купил ему кровать чуть не в два аршина длины. Как же его положить туда? Он свалится...
-- Наплевать! -- цинично сказал я (я уже стал разочаровываться в нашей затее). -- Можно его веревками к кровати привязать. Но если этот чертенок будет орать...
Жена гневно сверкнула глазами.
-- У тебя нет сердца! Не беспокойся... Если малютка станет плакать -- я успокою его. Прижму к груди и тихо-тихо укачаю...
На жениной реснице повисла слезинка. Я задумчиво покачал головой и молча вышел.
К семи часам мы, приказав прислуге согреть молока, были уже на станции.