Гремя и стуча, подкатил поезд. Станция была крохотная, и пассажиров вышло из вагонов немного: священник, девица с саквояжем, какой-то парень с жилистой шеей и угловатыми движениями и толстая старуха с клеткой, в которой прыгала канарейка.
-- Где же наш Павлик? -- удивленно спросила жена, когда поезд засвистел и помчался дальше. -- Значит, он не приехал? Гм... И няньки нет.
-- А может, нянька вон та, -- робко указал я. -- С саквояжем?
-- Что ты! А где же в таком случае Павлик?
-- Может... она его... в сак...вояже?
-- Не говори глупостей. Что, это тебе котенок, что ли?
Толстая женщина с канарейкой, озираясь, подошла к нам и спросила:
-- Не вы ли Павлика ждете?
-- Мы, мы, -- подхватила жена. -- А что с ним? Уж не захворал ли он?
-- Да вот же он!