-- Где?
-- Да вот же! Павлик, пойди сюда, поздоровайся с господами.
Парень с жилистой шеей обернулся, подошел к нам, лениво переваливаясь на ходу, выплюнул громадную папиросу из левого угла рта и сказал надтреснутым густым голосом:
-- Драздуйде! Мама просила вам кланяться.
Жена побледнела. Я сурово спросил:
-- Это вы... Павлик?
-- Э? Я. Да вы не бойтесь. Я денежки-то вперед за месяц привез. Маменька просила передать. Вот тут тридцать рублей. Только двух рублей не хватает. Я в городе подзакусил в буфете на станции, да вот папиросок купил... Хи-хи.
-- Нянька! -- строго зашептал я, отведя в сторону толстую женщину. -- Что это за безобразие? Какой это мальчик? Если я с таким мальчиком в лесу встречусь, я ему безо всякого разговора сам отдам и деньги, и часы. Разве такие мальчики бывают?
Нянька умильно посмотрела мне в лицо и возразила:
-- Да ведь он еще такое дитя... Совсем ребенок...