Покончивъ со слезами, она нечаянно остановила взглядъ на сіяющемъ отъ съѣденнаго масла лицѣ Арончика и -- ахнула...
-- Что это? Что это? Что это съ твоимъ глазомъ, мой маленькій хорошенькій цыпленочекъ? Что это съ твоимъ глазомъ, чтобъ ты провалился сквозь землю, паршивый мальчишка, который только и мечтаетъ, чтобъ напортить своей мамашѣ. Ой! У него глазъ-таки красный, какъ макъ, и со слезой, какъ какой-нибудь водопадъ... Ой, мое горе!
Теперь плакали три глаза: два -- мадамъ Фрейбергъ и одинъ -- маленького Арончика, красный, слезящійся, полуприкрытый отяжелѣвшимъ вѣкомъ.
А около прыгалъ на одной единственной ногѣ Давидъ, и высасывала изъ порѣзаннаго пальца кровь дѣвочка Раичка.
Было превесело.
ІІІ.
На другой день глазъ Арончика, вмѣстѣ съ его равнодушнымъ ко всему въ свѣтѣ обладателемъ, былъ вытащенъ изъ дому и представленъ на строгій судъ добросердечныхъ сосѣдокъ мадамъ Фрейбергъ.
-- Ты, мальчикъ, что-нибудь видишь съ этимъ глазомъ?-- спросила мадамъ Перельмутеръ.
-- Уй, -- неопредѣленно пропищалъ мальчикъ.
-- Что онъ понимаетъ... -- сказала старая Гительзонъ. -- Что онъ понимаетъ,-- маленькая глупая крошечка? Его нужно везти къ глазному доктору!