-- Выругалъ, что-ли?
-- Еще какъ, -- оживился худой, пренесчастнаго вида борецъ Муколяйненъ.-- Покажи ему, Костя.
Костя безнадежно отмахнулся рукой и, опустивъ голову, принялся разсматривать песокъ подъ ногами съ такимъ видомъ, который ясно показывалъ, что для Кости никогда уже не наступятъ свѣтлые дни, что Костя униженъ и втоптанъ въ грязь окончательно и что праздныя утѣшенія друзей ему не помогутъ.
-- Какъ же онъ тебя выругалъ?
Костя поднялъ налитые кровью глаза.
-- Тезеемъ назвалъ. Это онъ позавчера... А вчера такую штуку преподнесъ: "сибирякъ, говорить, Махаевъ, -- борется, какъ настоящій Гераклъ".
-- Наплюй,-- посовѣтовалъ членъ семейства Джакобсъ. -- Стоитъ обращать вниманіе!
-- Да... наплюй. У меня мать-старушка въ Красноярскѣ. Сестра три класса окончила. Какой я ему Гераклъ?!
-- Гераклъ... -- задумчиво прошепталъ Муколяйненъ. -- Тезей -- еще такъ-сякъ, а Гераклъ, дѣйствительно.
-- Да ты знаешь, что такое Гераклъ? -- спросилъ осторожный побѣдитель Магомета-Оглы.