Молодые люди, съ чудеснаго тона розовой сыпью на лбу и щекахъ, недовѣрчиво поглядѣли на мое простодушное лицо, сразу же успокоились, и одинъ изъ нихъ спросилъ:
-- Можетъ, купите?
-- Свинью? Съ удовольствіемъ. Сколько стоить?
-- Пятьдесятъ... -- Было видно, что дальнѣйшее слово поставило лѣваго молодого человѣка въ затрудненіе, ибо онъ и самъ не зналъ -- чего пятьдесятъ: рублей или копеекъ? Однако, заглянувъ еще разъ въ мое благожелательное лицо, пріободрился и смѣло сказалъ: -- Пятьдесятъ ко... рублей. Даже, вѣрнѣе -- шестьдесятъ рублей.
-- Недорого. Я думаю, если повѣсить въ гостиной, въ простѣнкѣ, будетъ очень недурно.
-- Серьезно, хотите повѣсить въ гостиной?-- удивился правый молодой человѣкъ.
-- Да вѣдь картина же. Какъ же ее не повѣсить!
-- Положимъ, вѣрно. Дѣйствительно, картина. A хотите видѣть мою картину: "Сумерки насущнаго"?
-- Хочу.
-- Пожалуйте. Она вотъ здѣсь виситъ. Видите ли, картина моего товарища "Свинья, какъ таковая" написана въ старой манерѣ, красками; a я, видите ли, красокъ не признаю: краски связываютъ.