-- Еще какъ, -- подхватилъ я. Ничто такъ не связываетъ человѣка, какъ краски. Никакого отъ нихъ толку, a связываютъ. Я зналъ одного человѣка, котораго краски такъ связали, что онъ долженъ былъ въ другой городъ переѣхать...
-- То-есть, какъ?
-- Да очень просто. Мильдяевымъ его звали. Гдѣ же ваша картина?
-- A вотъ виситъ. Оригинально, не правда ли?
II.
Нужно отдать справедливость юному маэстро съ розовой сыпью -- красокъ онъ избѣгнулъ самымъ положительнымъ образомъ: на стѣнѣ висѣлъ металлическій черный подносъ, посрединѣ котораго была прикрѣплена какимъ-то клейкимъ веществомъ небольшая дохлая крыса. По бокамъ ея меланхолически красовались двѣ конфектныхъ бумажки и четыре обгорѣлыхъ спички, расположенныхъ очень пріятнаго вида зигзагомъ.
-- Чудесное произведеніе, -- похвалилъ я, полюбовавшись въ кулакъ. Сколько въ этомъ настроенія!.. "Сумерки насущнаго"... Да-а... Не скажи вы мнѣ, какъ называется ваша картина, я бы самъ догадался: э, молъ, знаю!.. Это не что иное какъ "Сумерки насущнаго"! Крысу сами поймали?
-- Самъ.
-- Чудесное животное. Жаль, что дохлое. Можно погладить?
-- Пожалуйста.