Угадали. Ну вотъ то-то же. Я такъ и зналъ. Дѣйствительно, получается такое впечатлѣніе, что всѣ перечисленные отбросы земного шара перенесены въ Петроградъ, одѣты въ извозчичьи армяки, посажены на козлы и двинуты сомкнутымъ коннымъ строемъ на публику, предводительствуемые однимъ изъ членовъ городской думы, одѣтымъ въ красный мундиръ, мокассины на голыхъ ногахъ и шапку, сдѣланную изъ старой сигарной коробки. Въ ушахъ y этого члена думы сверкаютъ двѣ коробки изъ-подъ сардинокъ, a носъ проткнутъ дамской булавкой. Онъ скачетъ впереди, испуская воинственные крики и науськивая всю свою банду на оторопѣвшую безпомощную публику.
-- Что такое петроградскій извозчикъ? Кто этого не знаетъ,
На грязномъ обшарпанномъ экипажѣ сидитъ безформенное оборванное существо, рычащее, кусающееся и плюющееся.
Право, больно подумать: вѣдь это нашъ же русскій человѣкъ, братъ нашъ по родинѣ, который крестится на каждую церковь, который имѣетъ или имѣлъ папу и маму, поминаемую имъ отнюдь не въ приливѣ сыновней любви.
Это грязное, обшарпанное, ободранное, зловонное существо, сидящее скорчившись на козлахъ -- ненавидитъ всякаго сѣдока острой длительной ненавистью, a сѣдокъ тоже ненавидитъ его и -- боится.
Что бы сказалъ лондонецъ или парижанинъ, если бы кто-нибудь выпустилъ на лондонскія или парижскія улицы нѣсколько тысячъ грязныхъ пиратовъ съ грубыми голосами, озвѣрѣвшихъ разбойниковъ, которые бы подстерегали въ глухихъ мѣстахъ довѣрчивыхъ прохожихъ, усаживали ихъ на особыя приспособленныя для грабежа телѣжки и, провезя ихъ для отклоненія подозрѣній нѣсколько кварталовъ -- грабили бы и обирали этихъ довѣрчивыхъ прохожихъ.
Да вѣдь человѣка, который организовалъ бы эту страшную банду, лондонцы давно бы уже повѣсили во дворѣ мрачнаго Ньюгэта или Тоуэра по приговору короннаго суда.
Мы, петроградцы, -- почти всѣ нервные, раздражительные люди; 1/4 всей этой нервности вызывается петроградскими извозчиками.
Идете вы по улицѣ. Захотѣлось вамъ поѣхать.
-- Извозчикъ!