- Народ, диствительно, - покачала солидно головой хозяйка. - Прямо будем говорить - озверел! Приходит заказчик: "Сколько за сапоги?" - "Четыреста тысяч!" - "За пару?" Мой-то прищурился да как ляпнет: "Где там за пару!" За штуку. Пара - восемьсот". И ведь заказывают!
- Дела! Музыку откуда достали?
- Один тут профессор консерватории обтяпал! Головастый, а иногда по роялю жарнет так, что чертям тошно.
- Известно, с голоду чего не сделаешь. У меня вот тоже бывший атташе посольства заказы принимает - прямо на улице подобрал я его, - так ведь до чего лих с заказчиком говорить, прямо уму непостижимо! Такого ему Оскара Уайльда вотрет...
- Стаканчик мороженого!
- И очень даже. Здорово закручено. Сами крутили?
- Зачем сами. У нас тут бывший профессор химии принанят для этого дела. Рикиминдовали, что будто по какому-то анабиозу собаку съел. Вот мы его для мороженого и приспособили. Нехай себе крутит. Вообще, знаете, теперь вся энтилигенция на службе у капитала. Хотели мы даже концертик нынче соорудить, Собинова с Аверченкой договаривали, да ломучие они какие-то, Бог с ними. Пойдите вы, говорят, к этому самому... и слово то забыла, нехорошее слово. Одначе танцами дирижирует у нас балетмейстер киевского Оперного театра, а стол украшал художничек тут один - он еще в 16 году от Академии поездку в Италию получил. Известно, жрать всякому хотца...
* * *
Под утро бал у Сысоя Закорюкина ("Мужская и дамская обувь, заказы и починка") кончился.
Усталая, но довольная разъезжалась по домам новая аристократия.