-- Послушайте... извините меня за беспокойство... послушайте...
Я обернулся. Передо мной стоял маленький человек средних лет, ординарной наружности. Глаза скрывались громадными синими очками, усы уныло опускались книзу, бороденка была плохая, наполовину как будто осыпавшаяся.
-- Что вам угодно?
-- А то мне угодно, милостивый государь мой, что повесть ваша совершенно неправильная! Уж я-то знаток этих вещей...
Он самодовольно засмеялся.
-- Вы... что же критик?
-- Бухгалтер.
-- А... так... -- нерешительно протянул я. -- Но вообще-то вы: знаток литературы?
-- Бухгалтерии! -- упрямо сказал он, глядя на меня громадными стеклами.
-- Уж в бухгалтерии-то, батенька, меня не поймаешь!