-- Да... Здравствуйте... Какой Магомет?
-- Ничего, это так говорится. Как поживаете, дорогая хозяйка? Довольны ли помещением?
-- Ах нет, -- возразила она, поднимая ребенка с пола.
-- Очень плохо.
-- Сыро?
-- Ах, что вы... Наоборот, очень сухо. Посудите сами, как же мальчику жить в сухом месте? Он и так у нас такой слабенький...
Слова эти привели меня в недоумение, но я сделал вид, что понял ее, и утвердительно сказал:
-- Так, так... И потом, вероятно, эта проклятая темнота...
-- Проклятая темнота? Да ее нет совсем. Ну как ребенок, спрошу я вас, может жить на свету, да еще на этом проклятом свежем воздухе, который всякого призрака губит хуже, чем дневной свет. У нас тут неподалеку есть двоюродный брат с женой -- тем повезло так повезло... Со стен вода течет, как водопад, -- паутина, пыли по горло и темнота кромешная.
Я решительно не мог взять в толк, о чем говорит эта болтливая баба. А когда она замолкла, вышло еще хуже: я не знал, о чем говорить с угрюмой семейкой, сидевшей передо мной.