-- Вздор! -- сказал бывший юбиляр. -- Не хами!
-- Извините-с. Я сейчас счет подам.
-- Ну, дай нам бутылку вина.
-- Не могу-с. Буфет закрыт.
Буйносов поднял голову и воскликнул:
-- Ах, черт! А мне ведь сегодня вечером нужно было в театр на премьеру...
-- Завтра пойдешь. Ну, господа... Куда же мы? Теперь бы нужно освежиться.
В мою затуманенную голову давно уже просачивалась мысль, что лучше всего -- поехать домой и хоть отчасти выспаться.
Мы уже стояли на улице, осыпаемые липким снегом, и вопросительно поглядывали друг на друга.
Есть во всякой подвыпившей компании такой психологический момент, когда все смертельно надоедают друг другу и каждый жаждет уйти, убежать от пьяных друзей, приехать домой, принять ванну, очиститься от ресторанной пьяной грязи, от табачной копоти, переодеться и лечь в чистую, свежую постель, под толстое уютное одеяло... Но обыкновенно такой момент всеми упускается. Каждый думает, что его уход смертельно оскорбит, обездолит других, и поэтому все топчутся на месте, не зная, что еще устроить, какой еще предпринять шаг в глухую темную полночь.