В третий раз вошел Зырянинов в кабинет Бильбокеева.
-- Отказал?
-- Наоборот, согласился. Я уже и денежки получил.
-- Быть не может! Это так не похоже на нашего Малюту Скуратова.
-- Представьте, разжалобился. Я его, впрочем, ругнул порядочно.
-- Сердечно рад за вас! Поздравляю... Вы прямо маг и чародей. Чудесно, чудесно. Уходите? Ну, прощайте. Желаю вам повеселиться!
Оставшись один, Бильбокеев прошелся несколько раз по кабинету и позвонил.
-- Скажите Филиппу Ипатычу, -- обратился он к служителю, -- что я очень извиняюсь за беспокойство и прошу, если он сейчас не занят, пожаловать ко мне по важному делу. Не забудьте извиниться за беспокойство.
Через минуту вошел Лиходеев. Он подошел к столу и стал неподвижный с опущенной головой.
-- Слушайте, Фиалкин! -- сердито полушепотом начал Бильбокеев. -- Это что еще за новости? Какое вы имели право давать какие-то глупейшие разрешения на авансы?! Я не для того плачу вам сорок рублей ежемесячно, чтобы вы выкидывали подобные глупости. Во всяком благоустроенном дворе есть цепная собака, но если она начинает ласкаться к прохожим, вместо того чтобы рвать им штаны, -- ее выбрасывают ко всем чертям! Зарубите себе это на носу.