-- Ой, -- говорит, -- отстань ты от меня, мама! У меня скоро экзамен на аттестат зрелости, а потом у меня есть запросы.
Обрадовал! Когда у еврейского мальчика появляются запросы, так господин околоточный целую ночь не спит.
-- Мотя! Зачем тебе запросы? Что ты, их на ноги наденешь, когда башмаков нет, или на хлеб намажешь, вместо масла? Запросы, запросы. Отцу твоему сорок шестой год -- он даже этих запросов и не нюхал. И плохо, ты думаешь, вышло? Пойди, поищи другой такой галантерейный магазин, как у Якова Функельмана! Нужны ему твои запросы! Он даже картоночки маленькие по всему магазину развесил: "Цены без запроса".
-- Мама, не мешай мне! Я читаю.
Он читает! Когда он читает, так уж мать родную слушать не может. Я через тебя, может, сорок две болячки в жизни имела, а ты нос в книжку всунул и думаешь, что умный как раввин. Гениальный ребенок.
Вижу -- мой Мотя все крутит и крутит.
-- Что ты крутишь?
-- Ничего я не кручу. Не мешай читать.
-- Что это он там такое читает? Ой! Разве сердце матери это камень или что? Я же так и знала! "Записки Кропоткина"! Тебе очень нужно записки Кропоткина, да? Ты будешь больной, если ты их не прочтешь? Брось сейчас же!
-- Мама, оставь, не трогай. Я же тебя не трогаю.