-- Да скажите, пожалуйста, -- съ сердцемъ огрызнулся я, -- что вамъ какой-нибудь убытокъ отъ того, что мы полюбовались вашимъ пейзажемъ?..
-- Не убытокъ, но вѣдь и прибыли никакой я пока не вижу...
-- Господи! Да какую же вамъ нужно прибыль?!
-- Позвольте, молодой человѣкъ, позвольте, -- пропищалъ онъ, усаживаясь на незамѣченную нами до тѣхъ поръ скамейку, скрытую въ сиреневыхъ кустахъ. -- Какъ это вы такъ разсуждаете?.. Эта земля, эта рѣка, эта вонъ рощица мнѣ при покупки -- стоила денегъ?
-- Ну, стоила.
-- Такъ. Вы теперь отъ созерцанія ея получаете совершенно опредѣленное удовольствіе или не получаете?
-- Да что жъ... Видъ, нужно сознаться, очаровательный.
-- Ага! Такъ почему же вы можете придти, когда вамъ заблагоразсудится, стать столбомъ и начать восхищаться всѣмъ этимъ?! Почему вы, когда приходите въ театръ смотрѣть красивую пьесу или балетъ, -- вы платите антрепренеру деньги? Какая разница? Почему то зрѣлище стоитъ денегъ, а это не стоить?
-- Сравнили! Тамъ очень солидныя суммы затрачены на постановку, декораціи, плату актерамъ...
-- Да тутъ-то, тутъ -- это вотъ все -- мнѣ даромъ досталось, что ли? Я денегъ не платилъ? "Актеры!" Я тоже понимаю, что красиво, что некрасиво: вонъ тотъ мальчишка на противоположномъ берегу, "бѣлымъ пятномъ выдѣляется на фонѣ сочной темной зелени" -- это красиво! Вѣрно... Пятно! Да вѣдь я этому пятну жалованье-то шесть рублей въ мѣсяцъ плачу или не плачу?