-- Уѣхали вы оттуда маленькой дѣвочкой, -- задумчиво сказалъ поклонникъ, прикладываясь губами, въ связи съ этимъ замѣчаніемъ, къ розовому, какъ лепестокъ цвѣтка, локтю Марьи Николаевны. -- Уѣхали маленькой дѣвочкой, а пріѣдете большой, взрослой женщиной.
Это замѣчаніе поразило Марью Николаевну.
-- А вѣдь дѣйствительно! Уѣхала маленькой, а пріѣду большой...
-- Если соберетесь ѣхать, возьмите и меня. И я вспомню съ вами ваше дѣтство.
И, какъ солидная казенная бумага скрѣпляется печатью, -- такъ и поклонникъ подкрѣпилъ свой совѣтъ поцѣлуемъ въ плечо.
-- Оставьте! На насъ смотрятъ. Чего же я ни съ того, ни съ сего туда поѣду?..
-- А вы тамъ спектакль дайте. Какъ разъ на будущей недѣлѣ вашъ театръ сдается на три дня подъ гастроли итальянской оперы -- и вы свободны. Идея, а? Подумайте, какой шумъ будетъ въ этомъ Калиткинѣ! -- "Извѣстная драматическая артистка Синекудрова, уроженка нашего города -- даетъ только одинъ спектакль".
При словѣ "уроженка" поклонникъ поцѣловалъ ладонь Марьи Николаевны, чѣмъ въ достаточной мѣрѣ подчеркнулъ многозначительность этого слова.
-- Да съ кѣмъ же я спектакль устрою?
-- Господи! Да съ товарищами же! Вѣдь они тоже свободны.