Кто хочетъ побѣды --
Пусть сомкнутымъ строемъ...
и такъ далѣе. Прелестное стихотвореніе! Теперь ужъ, за послѣдній годъ, никто такъ не пишетъ... Загасили святое пламя, да на извращенія разныя полѣзли. Не одобряю!
Желая сказать старику что-нибудь пріятное, Топорковъ успокоительно подмигнулъ бровью.
-- Ихметьевъ, можетъ, еще и выкарабкается.
-- Какъ же! -- сказалъ старикъ. -- Дожидайтесь... "Выкарабкается"... Вчера же ему быль и приговоръ вынесенъ. Не читали? Одинъ годъ тюрьмы. Такая жалость!
-- Неужели же только одинъ годъ? -- удивился Топорковъ. -- А я думалъ, больше закатаютъ.
-- То-то я и говорю, -- покачалъ головой старикъ. -- Такая жалость! Я ему просилъ два года крѣпости, а ему -- годъ тюрьмы дали. Адвокатъ попался ему -- дока!
-- Какъ... вы просили? -- сбитый съ толку, воскликнулъ Топорковъ. -- У кого просили?
-- У суда же. Но это мы еще посмотримъ. У меня есть тьма поводовъ для кассаціи. Возможно, что два года крѣпости ему и останутся.